̶ Ну что за мужик мне достался, вечно в долгах, ̶ раздраженно выговаривалась Марина матери. – Вроде и работает, и не пьет, а долгам конца-края не видно. То старые долги «всплывут», То холодильник сломался – взяли новый в кредит. То машину «поправить» надо. Как тришкин кафтан латаем, честное слово! Я уже перестала понимать, где он в очередной раз перекредитовался. А родственникам уже в глаза смотреть стыдно: всем должен!
Мать сочувственно кивала головой: да, кто бы ожидал от её вроде бы непьющего и разумного в остальных отношениях зятя такой безалаберности в финансовых делах.
… Сам Виктор честно признавался себе – да, в долгу как в шелку. Причем чем больше долгов, тем активнее он включается в работу, ищет новые источники дохода, проявляет чудеса изобретательности, чтобы «выкрутиться».
Но, как только долговое бремя хоть чуть-чуть становится легче – мотивация что-либо делать сдувается, как воздушный шарик, из которого выпустили воздух.
Почему – он сам понять не мог.
– Вроде как стимул у меня работать появляется, – виновато объяснял он жене.
– А чтобы нам жить нормально, это не стимул?! – заводилась Марина.
Слово за слово – и начиналось…
Устав от постоянных скандалов, по совету кого-то из друзей, супруги пошли к психологу.
… Надо же, никогда не думал о долгах в таком ракурсе, – делился Виктор с женой после нескольких сеансов. – Типа, долги – это то, что связывает вас с другими. Если нет других связей, а их иметь хочется, то возникают такие вот суррогаты.
… Отец у Виктора был строгим. Одно из ярких детских воспоминаний – маленький Витя, второклассник, сидит за столом и делает уроки. Отец стоит сзади и если что-то не получается – отвешивает подзатыльник. Витьке очень хочется расплакаться, но, стиснув зубы, он продолжает выводить в тетради корявые буквы.
Обожающий отца, но не получающий от него эмоциональной поддержки и близости мальчик вырос. Он и сам не сознавал, что брать в долг у папы, создавая, таким образом, некоторую связь между ними, стало для него жалким заменителем эмпатии и любви.
На терапевтических сеансах у психолога всплыли и эти воспоминания, и многие другие. Виктор позволил себе плакать, заново проживая те или иные эпизоды, смог «переиграть» многое из того, что сидело занозой в памяти. Тот самый эпизод, когда он делал уроки, удалось трансформировать в совершенно другом ключе: тот маленький мальчик все-таки расплакался, а потом повернулся к отцу и уткнулся в его живот. И почувствовал, как большие теплые руки обнимают его и поддерживают.
… – Витька мой на рыбалку с отцом уехал, – снова рассказывала Марина матери. Но на этот раз на её лице не было горечи, обиды или раздражения – оно светилось довольством и радостью. – Представляешь, мам, долги все раздал. В поездку собираемся, по Золотому кольцу – отложил, за свои поедем, не за кредитные!
– Ну и слава Богу! Слава Богу, за ум взялся, – снова кивала Маринина мама. – Рада за вас!
– Да я и сама радуюсь каждый день, – весело рассмеялась Марина.