РЫБКА ПЛАВАЕТ В ТОМАТЕ

спиваюсь

Особенно хреново Димке бывало по понедельникам. Сказывались проведенные «с блеском, с треском» выходные. Сбежать от вечно всем недовольной супруги легче всего было в бар, что Димка, в компании таких же «страдальцев от незадавшейся семейной жизни», и делал. Если денег не хватало на бар, собирались дома у холостякующего приятеля и квасили в свое удовольствие, под пельмени и разговоры о том, какие же все бабы… такие-сякие.

Сегодня был понедельник. Начавшийся с того, что утром на Димкином рабочем месте в офисе обнаружилась небольшая коробочка, перевязанная подарочной ленточкой. Это было приятно, но несколько…неожиданно. Некоторое время Димка сидел, пытаясь трещавшей с похмелья головой сообразить, что сегодня – день Святого Валентина? Его день рождения? Вроде ни то, ни другое…

Осторожно развязав ленточку и открыв коробочку, он обнаружил консервную банку дешевых килек в томатном соусе и издевательские стишки:

«Рыбка плавает в томате, ей там очень хорошо,
Только я, едрена матерь, смысла в жизни не нашел…»

Коллеги, блин… уроды. Нет, день решительно обещал не задаться.
Впрочем, постепенно Димка втянулся в рабочую рутину, но дурацкие стишки неизвестного шутника то и дело выныривали в голове, продираясь сквозь привычную головную боль.

«Смысла в жизни не нашел»… Какой уж тут смысл жизни, когда последние часы перед концом рабочего дня Димка думал только о заветном «мерзавчике», припрятанном на дне сумки. Главное – хоть как-то дотянуть до пресловутых 18 «нуль-нуль», а там …

Звонок внутреннего телефона последнее время не сулил ничего хорошего. Брать трубку не хотелось, но – ничего не поделаешь, надо.

— Дмитрий Алексеевич, — голос секретарши генерального звучал вышколенно-улыбчиво, как всегда, — Семен Михайлович просит вас зайти.

… Заходящее солнце светило в окно директорского кабинета. Шеф говорил по телефону и жестом пригласил Дмитрия присаживаться. «И чего ему надо?» — настороженно думал Димка, стараясь унять слегка дрожащую левую руку. Шеф, тем временем, жизнерадостно басил в трубку:

— Да, ты в заявочку меня включи! Ну, как обычно!… Нет, 18-го не могу, у дочки концерт, святое дело, сам понимаешь. А вот 20-го – да, давай. Завтра после тренировки пересечемся, еще потолкуем. Ага… да ну? Понял, понял…

Все знали, что генеральный занимается триатлоном, а дочка у него играет на виолончели. Да вот, и фотография на столе. Сам, жена, двое детей и собака. Шеф продолжал разговор, а Димка все никак не мог отвести взгляда от фотографии. Ну как же так, почему одним – все, а другим?..

Как-то вдруг вспомнилось, что и у них со Светланой начиналось все вроде неплохо… жили хорошо, ни о чем не задумывались…и где оно все теперь? Светка вечно смотрит то со злобой, то с жалостью, свой бизнес накрылся, оставив «на память» кучу долгов, здоровье тоже как-то не радует… Хорошо, хоть с работы пока не выгнали…

…Димка очнулся от наступившей тишины. Шеф изучающе смотрел на него, сцепив большие, сильные, жилистые руки.

— Ну что, Дмитрий Алексеевич… — с расстановочкой протянул генеральный. – Что у тебя с газпромовским контрактом?

С контрактом было плохо. Упустил Дмитрий его по собственной вине (забыл вовремя ответить на ряд писем) и крыть тут было нечем. Он открыл было рот, чтобы попытаться оправдаться, но так и закрыл, не сказав ни слова.

— Про….л ты его, Дима, — грустно констатировал шеф. – Будешь? – неожиданно открыв ящик стола, шеф со стуком поставил на стол бутылку водки.

Димка автоматически потянулся к бутылке, но на полпути сообразил, что делает.

— Так это… я ж на работе, Семен Михайлович!

— Это как сказать, — шеф вздохнул и протянул Димке лист бумаги и ручку. – Пиши. Генеральному директору … от такого-то… заявление.

Димка писал, с ужасом ожидая неотвратимого, «тех самых» слов, за которыми – все, пустота. Руки дрожали все сильнее и, казалось, двигались сами по себе.

— …собственному желанию, — диктовал генеральный. – Сегодня у нас пятое? Дату поставь через два месяца. И подпись не забудь.

Шеф забрал листок себе, пробежал глазами и удовлетворенно кивнул. Снова поднял глаза на Дмитрия.
— Эх, Дима, Дима… Дмитрий свет Алексеевич… толковым же парнем был. И что? И все псу под хвост?

Димка молчал.

Шеф критически посмотрел на него, покачал головой. Достал еще один листок.

— Пиши дальше. «Генеральному» и все такое. Заявление. – Подождал, пока трясущиеся строчки под рукой подчиненного дойдут до нужного места. — Прошу направить меня на прохождение тренинга-программы «Гармоничная личность» к консультанту, психологу Кудрявцевой М точка В точка. Оплату за программу в размере… прошу производить из моей зарплаты. Точка. Дата, подпись.

Димка отупело писал, с трудом понимая, что происходит. Закончив, с тоской поглядел на написанное, потом на шефа.

— Семен Михайлович, вы издеваетесь? Какая … программа? Какой психолог? Вы что, думаете, что я…совсем? Я ж не алкоголик какой! Да я…Я сам, вот прям сегодня… Честное слово! Ну что вы меня — к бабе, в самом деле! Да…

— Значит, так, — шеф пристукнул ладонью по столу. – Пути у тебя два: либо вверх, либо вниз, к такой-то матери. И я тебя не к бабе отправляю, а к специалисту. Опытному специалисту. Сам с ней работал в свое время. По очень похожему вопросу.

— Вы?! – Димка оторопело уставился на подтянутого, спортивного, несмотря на немолодой возраст, и словно бы излучающего успешность шефа.

— А что ты думаешь, — усмехнулся тот. – Все мы люди, Дима, все человеки. Каждый может не на ту дорожку свернуть. Главное – вовремя помощь принять. И не кобениться попусту. Если б я в свое время из себя героя «сам-с-усам» ломал, кто знает, может, и не было бы сегодня всего этого, — шеф кивнул на семейную фотографию.

… Он говорил еще что-то, а Димка смотрел в окно на лучи заходящего солнца. А, пожалуй, не такой уж и плохой он выдался – этот понедельник. А там, глядишь, и смысл в жизни отыщется.

Добавить комментарий